Я плюю на руку смесью слюны и смазки из трех
сосанных мною хуев – у меня полный рот этого дерьма – заебался глотать
эту вязкую тянущуюся смесь, смазываю свое очко. Смазывать ему хуй нет
надобности, он еще влажный после моего отсоса. Он приближает свой член к
моему очку и с размаху всаживает его в меня до основания! Это был
пиздец! Меня просто разорвало от дикой боли! Я заорал и дернулся,
пытаясь соскочить его ебаного елдака. Мне это удалось – его член вышел
из меня. За это я получил пару раз удары по голове и дважды он с силой
ударил мне кроссовкой прямо в очко. А потом снова резко вогнал в меня
свой хуй. Я снова закричал, но больше не пытался соскочить с его ствола.
Он начал трахать меня в зад. Двое спереди по-прежнему по очереди
долбили мой рот. Минут пять меня так сношали с двух сторон. Наконец
Андрей стал долбить мое очко с бешенной скоростью и силой и через
полминуты заорал матом и кончил мне в жопу. Он еще постоял, не вынимая.
Его левая рука продолжила ласкать мою грудь, а
правая начала спускаться по животу. Он запустил свой язык в мою ушную
раковину и принялся ее вылизывать. Его пальцы коснулись волосиков на
моем лобке. Я слегка повернул голову и он впился в мои губы, его язык
быстро скользнул в мой рот, и я с удивлением обнаружил, что у Макса в
языке имеется пирсинг. Я никогда раньше не целовался, но это оказалось
не трудно и очень приятно. Тем временем его рука обхватила мой член – к
слову сказать, он был 17 сантиметров в длину и достаточно массивный –
Макс сделал несколько продольных движений, по всему моему телу
прокатилась дрожь, те же движения собственной рукой доставляли мне
гораздо меньше удовольствия.
После одного из громки скандалов я снова сидел с ним
в нашей комнате и снова обнимал его, стараясь хоть чем – то утешить. И
тогда – да, именно тогда! – не знаю, что было причиной на то, я
почувствовал какое – то странное волнение, держа его в объятьях. Я стал
скучать по нему все сильнее, мне так не хватало его общества, и вот… И
еще незадолго до этого я размышлял о своем одиночестве – я вдруг очень
отчетливо понял, что у меня нет никого близкого, кроме Женьки… Родителям
было давно наплевать на меня, девушка – это все равно не то, а вот
Женька… Я часто чувствовал себя совершенно одиноким, и мне казалось, что
у меня нет дома, нет семьи, нет корней, но тут я вспоминал о Женьке.
Женька… Он всегда понимал меня с полуслова, как я – его. Мы были друг
для друга единственной опорой.
Швырнув веник на лавку, он спустил штаны, а затем и
длинные семейники. Бля, вот здесь я охуел. Из густой копны волос под
брюхом свисал конский член, длинный, толстый, с крупными венами на
стволе, массивной залупой, кончик которой виднелся из-под натянутой
кожи. Яйца, тяжелые, одно пониже другого, свисали в промежность между
густо поросших шерстью ног. Бля, сам не маленький, но Леха был просто
супер, вылитый жеребец. На его загорелом теле белой полоской проходил
след от плавок, задница, упругая, плотная, была бы почти вся белая, если
бы не волосы.
На вопрос он не ответил, а только стал прижиматься
ко мне. Мы окунулись в страсть с головой. И мне даже не пришло в голову
больно или нет было ему, когда я вошёл в его горячую пульсирующую
дырочку. Я просто двигался в такт нашим ласкам, нашим поцелуям, в такт
нашему дыханию. Я прижимался к нему так сильно, что его члену было тоже
уютно между нашими прессами. Тут я почувствовал необыкновенное тепло -
горячая сперма Димы между из его зажатого нашими животами члена - Дима
кончил от анала! Казалось он даже этого не заметил - так же страстно он
продолжал целовать меня. Только теперь он шептал "Спасибо", а потом
произнёс:
Стояло лето, было воскресенье, офицеры, как всегда
пили и мы поняли, что сегодня можно было не торопиться, а погулять,
просто поболтать. Мой друг был достаточно высокого роста, стройный и
русый, и очень смуглый от загара. Мы решили сделать привал, в кустах
около тропки, конечно, мечтая кого-то встретить. Мы сели на траву,
прислонившись к стволам сосен. Было тепло, солнечно, настоящее лето,
послеобеденное время. Мы разделись по пояс, скинув сапоги. Славка,
конечно, как всегда, рассказывал о своих похождениях, о том, что
занималься сексом каждый день без исключения и всегда с разными. Он
щедро описывал позы и тела, от этого у нас обоих стояло так, что было
заметно через штаны, этаких два бугорка.
"О-о, это мне
нравится, это я люблю!"- стучало у меня в голове. Я возбудился, как черт, мой член
начал вырываться из брюк, я надавливал на него ладонью, чтобы сделать себе маленькое
удовольствие, и, решив насладиться зрелищем четырех сексуальных парней на сцене,
уселся в первом ряду.
Эта история произошла со мной прошлым летом, когда я отдыхал на даче у тётушки. Её дом
самый последний и находится довольно далеко от всей деревни. А если пройти ещё дальше
за наш дом, то попадаешь на озеро. На это озеро ни кто из деревенских не ходил, так что
оно было как бы только наше.
По работе приходилось много ездить по стране в командировки. Объездил полстраны,
но наиболее запомнилась мне поездка в небольшой городок на Урале.
Принимающая сторона выделила в моё распоряжение отдельную однокомнатную квартиру.
Всю основную работу я сделал до пяти вечера. Городок был небольшой, незнакомый.
Вечером делать было нечего, и я решил закупить себе немного пива и провианта,
чтобы провести вечер у телевизора. Ближайшая палатка находилась рядом с домом,
где мне выделили квартиру, и чтобы не тратить время, я решил всё закупить в ней.
Народу на улице было немного. Ещё на подходе к палатке я заметил
стоявшего рядом с ней солдатика, который судя по внешнему виду был явно из
"молодых". Подойдя к палатке, я окинул её скучным взглядом – выбор пива и закуски
был явно невелик. Поняв, что выбирать не приходится, я взял несколько бутылок
пива, нарезки, сыра, чипсов, и уже собирался идти домой, как ко мне подошёл этот
солдатик и попросил немного мелочи.
Хочу рассказать вам давнишний случай, который произошел со мной еще в 1991 году. Столько лет прошло, а я помню все
как будто вчера случилось. Тогда я был сержантом милиции в районном отделении внутренних дел небольшого
провинциального города. Естественно никакого энтузиазма к обязанностям профессии не испытывал, времена
быстро менялись, а вместе с ними и престиж советской милиции.
Крамольные мысли о смене места работы, на
более интересную, и более денежную не выходили у меня из головы благо, вариантов, и довольно соблазнительных было
много, в том числе и связанных с переездом в Москву. Но наш майор, известная зараза, не заупрямится ли, на каком
основании подать рапорт, что при этом он напишет в трудовой... В таких невеселых раздумьях я проводил в унылом и
скучном наряде первомайские праздники. К вечеру впрочем работы прибавилось так как в отделение стали свозить пьяных
дебоширов и стар и млад, успевай только оформлять и в обезьянник.
